Добавить в Избранное Распространение   |   Аудитория   |   Ценовой лист   |   О журнале  
Журнал De Luxe
Журнал «De Luxe» Март-апрель 2009
 Beauty   Cars   Events   FrontRunners   Home&Interior   Menu   Travel 
Размещение рекламы на сайте журнала De Luxe
Главная > • TravelОтдых и путешествия
Итальянский дневник

Восемь городов Италии. Впечатления очевидца. (Продолжение. Начало в наших предыдущих номерах.)

О КАМБАЛЕ

Итальянский дневник

Известно, что кукуруза — царица полей, а Венеция — царица морей. Это из-за того, что Венецианская Республика много веков подряд имела самый могущественный в Европе (а то и в мире) флот — и военный, и торговый. Апофигеем венецианской славы стал крестовый поход на Иерусалим. Правда, в пути крестоносцы передумали и повернули на Константинополь. Вот поживились-то! И заодно сперли знаменитую бронзовую квадригу.

Сколько уже говорено-переговорено про чудесный город на воде, писано-переписано, снято-переснято фильмов, а интерес к нему не угасает. Когда-то я думал, что в Венеции вообще шагу по твердой почве не ступишь — передвигаться надо только на гондолах. Это, разумеется, не так. Хоть Венеция и исчерчена каналами, в любую ее точку можно пройти и пешком.

Все в Италии на что-то похоже. Сама Италия — на сапожок, остров Капри — на телячью тушу, какой ее рисуют на схеме для разделки, а вот Венеция определенно напоминает камбалу. Эдакую внушительную камбалищу размером два на четыре километра. Вместо кровеносной системы у этой камбалы — каналы, а вместо хвоста — острова Святой Елены и Святого Петра.

ОБ ИСТОРИИ

Венеция — это диковинка, цветущая пышным зловонным цветом, и столь же диковинные — хоть нос затыкай! — характеры рождались в ней много веков. Чего стоит, например, один Казанова, обрюхативший свою собственную дочь. Или — но это уже скорей литературный фольклор! — Шейлок, купец–еврей, который готов был вырезать у должника фунт мяса со спины. Ревнивый мавр Отелло, помнится, тоже был дожем Венеции. Впрочем, и без литературных домыслов здесь хватало морального уродства. Например, уже веков пять назад в Венеции действовала тайная полиция, прообраз нашего КГБ. Сосед доносил на соседа, брат на брата. Как пишет Марк Твен, «в те далекие дни, если человек кого-нибудь ненавидел, самым простым способом избавиться от своего врага было тайком сунуть в львиную пасть записку для Совета Трех: «Этот человек злоумышляет против правительства». Если ужасные Трое не находили подтверждения доносу, то в девяти случаях из десяти они все-таки приказывали утопить обвиняемого, считая, что он — особенно опасный негодяй, раз до его злоумышления не удалось докопаться». И все — на человеке можно ставить крест. Отводят его по знаменитому Понте деи Соспири, Мосту Вздохов, в городскую тюрьму, и пропадает он там без вести.

Извините за длинную цитату: уж больно сочно она показывает нравы тех времен. Надеюсь, на наших улицах все же не появятся специальные ящички для записок типа «Этот человек пособничает террористам и рассказывает анекдоты про Вовочку».

Немудрено, что именно в Венеции зародился обычай ходить в масках, а затем устраивать целые карнавалы. Одна из версий происхождения «масочной» моды заключалась в том, что Венеция, как город портовый, зачастую переживала эпидемии чумы–холеры. Случалось даже, что напасти выкашивали в городе каждого третьего. И вот маска стала самым первым асептическим средством — в ее длинный нос насыпали перец, который предохранял от всякой заразы.

Но я думаю, что все было не так. Просто маски исключительно удобны в условиях всеобщего стукачества. Надел масочку, накинул плащик — и пошел подслушивать неблагонадежные разговоры в трактир. Потом в этой же масочке шмыг в секретную полицию! И наоборот. Если опасаешься доносов — надевай маску и делай что хочешь, говори что хочешь: вычислить тебя будет достаточно затруднительно.

С тех пор маска стала одним из главных венецианских сувениров. Большие и маленькие, картонные и фарфоровые, они продаются всюду. Говорят, что не человек выбирает маску, а маска выбирает хозяина. После этих слов мне что-то стало жутковато и покупать маску расхотелось.

О ГОЛУБЯХ

Голуби здесь совершенно обнаглевшие. Ленивые, жирные, нахальные, как… ну не знаю… как коты, что ли. На площади Сан–Марко их миллионы. Стоит угостить их какими-нибудь крошками, как они начинают облеплять тебя сверху донизу, садиться на руки, плечи и голову, словно в фильмах ужасов Хичкока. Ну и, конечно, гадят. Причем по–крупному. Запомнился мне один бюстик, притулившийся к углу дома и изображающий лидера итальянского освободительного движения Мадзини. Вид у Мадзини, обляпанного голубиным пометом, достаточно жалок. Трудно под этими археологическими слоями опознать лицо легендарного деятеля Рисорджименто. Меня голуби тоже не обошли вниманием — уделали всю рубашку сзади.

О САН–МАРКО

В который раз сталкиваюсь с ситуацией, когда перо (то бишь мышь) становится бессильным. Ну что можно сказать про собор Сан–Марко, где самым бредовым, горячечным образом перемешаны мавританский, итальянский и турецкий архитектурные стили?! И который все же (или благодаря этому?) безумно красив. Внутри собора, как следует из названия, захоронены мощи святого евангелиста Марка. Когда-то Марк побывал в здешних лагунах, после чего стал считаться покровителем Венеции. Спустя несколько веков венецианцы решили восстановить status-quo и забрать себе мощи святого. Ибо, по поверью, пока мощи Марка будут находиться в Венеции, город не исчезнет с лица земли. Вернули их самым бандитским способом, попросту украв из Константинополя, а точнее — вывезя из города кости в бочонке с салом, дабы обмануть таможню. Правоверные турки, увидев, что бочонок под завязку забит свининой, начали отмахиваться от гяуров, затыкать носы и кричать: «Ай, шайтан!» Вот так останки Марка и попали в Венецию.

Святой Марк почивает под знаменитым «Золотым алтарем», или Pala d’oro. Это огромный иконостас, весь в золоте (ну или позолоте), из-за сияющих окладов еле видны лики святых. Перед старинным алтарем установлен такой себе вполне современный турникет и сидит мужичок, принимающий добровольные пожертвования туристов в размере одного евро. Точнее, добровольно–принудительные. Не пожертвуешь — к могиле евангелиста не попадешь.

О ГОНДОЛАХ

Ну как же! Побывать в Венеции и не покататься на гондоле! Это все равно что прокатиться в Африку и не заболеть малярией. Думаю, что все хорошо знакомы с силуэтом этого знаменитого средства передвижения. Мне он напомнил старинный музыкальный инструмент с позолоченным грифом–носом, что–то вроде гигантской виолончели, а гондольер со своим шестом — исполнителя, который лениво водит смычком туда–сюда. Романтических песен, вопреки туристической мифологии, гондольер не поет. Может быть, за вокал ему нужно дополнительно сунуть барашка в бумажке? Не знаю. Впрочем, иногда меланхоличный судоводитель оживляется — это когда его нагоняет другой челн с коллегой–конкурентом. Они начинают задорно перекликаться, устраивают между собой гонки и демонстрируют чудеса своего высшего гондольерского пилотажа: одной ногой балансируя на корме гондолы, другой отталкиваются от стен, делают фуэте и пр. Первые минуты мы со сладостным предвкушением и замиранием ожидали, что он вот–вот плюхнется в грязный канал в своей наглаженной полосатой тельняшке. Обошлось, однако. Видимо, эти трюки хорошо просчитаны.

Все гондолы одинакового черного цвета. Этому обычаю по меньшей мере лет четыреста: когда Венеция была в зените своего могущества, сенат, обеспокоенный все возраставшей пышностью гондол, приказал оформлять их в едином черном цвете и без украшений. Говорят, что в последнее время городские власти приказали спилить у гондол их роскошные зазубренные носы — дескать, царапают и портят стены старинных зданий. Правда, воз и ныне там. Сами законодатели, видимо, понимают, что без своего шикарного фирменного шнобеля гондола уже не гондола, а жалкая пародия на индейское каноэ.

Гондольеры — самые завидные женихи во всей Венеции и самые богатые люди. Еще бы! Считайте сами: прогулка по каналам стоит 20 евро на человека и продолжается от силы 40 минут. В гондолу входит шестеро. Сколько таких кругов может нарезать гондольер за день? И сколько может заработать «водила»? Правильный ответ — от тысячи до двух ежедневно. Не рублей, естественно. Работы гондольерам всегда хватает, ведь за год в Венеции бывает двенадцать миллионов туристов. Когда-то гондольеров насчитывалось одиннадцать тысяч, а теперь осталось всего-навсего четыреста. А раньше ни один уважающий себя венецианец не обходился без личного «шофера». Были гондолы, видимо, и общественным транспортом. Представляю, как все это происходило. Толпа пассажиров, дождавшись маршрутной гондолы «Сан–Марко — железнодорожный вокзал» и радостно гудя, рассаживается по местам. Гондола украшена надписями «На остановках «тута» и «здеся» не тормозим» и «Мамаши! На колени надо садить маленьких бамбино, а не шестнадцатилетних оболтусов!». Гондольер хозяйским глазом наблюдает за садящимися и покрикивает: «Эй, вон тот синьор за проезд не рассчитался!» или «Не скапливайтесь на носу, проходите на корму». Кто-то интересуется, будет ли остановка на мосту Риальто. И т. д.

В передвижении на гондоле есть и свои преимущества. Нет ни навязчивых гаишников, спрашивающих, где у тебя запаска, огнетушитель и аптечка, нет светофоров и уж тем более пробок. Не перебегают дорогу бестолковые пешеходы. Тем не менее прогулка по венецианским каналам может испортить самое радужное настроение. Во-первых, в узкой вертлявой лодке начинает стремительно укачивать, и ты ощущаешь у себя все признаки морской болезни. Во-вторых, и самое главное — невыносимый запах тухлой рыбы и канализации, исходящий от грязно–зеленой воды. По стенам домов шествуют неспешные мокрицы. Им здесь прекрасно — тепло и сыро. Немудрено, что в такой атмосфере все гниет, разлагается, обрушивается и обшелушивается. Но венецианские здания практически не ремонтируют. Считается, что в этой облезлости заключен самый шарм Венеции и ремонтировать здесь что-нибудь — кощунство.

О ДОРОГОВИЗНЕ

В Венеции все очень дорого. Наверное, потому, что у венецианцев изначально в крови — купить подешевле, а продать подороже. Говорят, если венецианец за весь день никого не обманет, у него к вечеру вроде как живот болит. Впрочем, под вымогательство подведена статья местного законоуложения: якобы на уборку мусора после туристов уходит денег больше, чем сами туристы приносят, посему установлен официальный надбавочный коэффициент на все цены — сорок процентов, кажется.

В этом городе по–русски заговорили даже повара. Случилось мне быть в одном забавном селф–сервисе под названием «Смеющийся кот», где туристов на раздаче обслуживали трое. Один отгружал пиццу, пасту и лазанью, другой — мясные блюда, а последний — овощи. Видимо, платили им сдельно — проценты от проданного, потому что старались они как могли. Первый отличался невероятной мимикой, как у Луи де Фюнеса. По-обезьяньи гримасничая, он спрашивал: «Пицца? Паста? Лазанья?» И если клиент ничего не брал, повар воздымал руки к небу и начинал кричать: «Но пицца! Но паста! Но лазанья! Санта–Мария!» Дескать, чего ты сюда вообще приперся? Второй категорично оглядывал то, что посетитель набрал у первого, и жестами показывал, что, мол, все это чепуха, надо было лучше брать у него. А третий, самый улыбчивый, спрашивал у всех на псевдорусском языке: «Овочи? Нет овочи? Почему нет?» Перед таким обаянием и полиглотством устоять было, разумеется, невозможно.

Черт побери! Я совсем забыл про нашу Галину Львовну. Хорошо же, про ее приключения я расскажу вам в следующем выпуске. И он будет последним.

Окончание следует.

Сергей Беседин

«Итальянский дневник»
Журнал «De Luxe». Март-апрель 2009

Самые популярные материалы номера:

Московская коллекция премьер. Перезагрузка
«Встречают» по аксессуарам!
Галоши на каблуках — для настоящих модниц
Вызов Nissan Qazana
Что входит в сборник №3? Мясной набор и квашеная капуста… одним словом, сборная солянка!

Также рекомендуем:

Япония глазами очевидца. Город Саппоро
Туры в Израиль в Раанану
Алтай не просто горы…
Индивидуальные туры по Италии в Бормио
Япония глазами очевидца. Город Саппоро